НефтеРынок: Мы перечитали почти все интервью с Вами, Ирина, и, признаться, нам приятно, что на Эверест впервые поднялся житель Украины, который знает плотность нефтепродуктов. Вам известно, что Вы «забили гол» владельцу «Галнафтогаза» Виталию Антонову, который мечтает об Эвересте больше 10 лет?



Ирина Галай: Виталий Борисович был одним из первых, к кому я обратилась за помощью перед подготовкой к подъему. Точнее, не к нему лично, а к Юрию Кучабскому, с которым мы дружим давно. Я готова была разрекламировать ОККО, поднять флаг «Галнафтогаза» на вершине — это могла быть самая крутая реклама сети. Но, если честно, в меня на тот момент мало кто верил, кроме близких друзей, и думаю, до Антонова информация просто не дошла.

Может, таким образом меня хотели отговорить, но никто из нефтяников не пожелал финансировать подъем. Плюс в то время как раз только набирал популярность фильм «Эверест» и, возможно, поэтому впечатлительные мужчины не захотели вложить деньги в мой, не скрою, опасный проект. В итоге меня профинансировали ($60 тыс. — НР) родственники и друзья.

НР: Про горы у нас простые и скорее непрофессиональные вопросы. Главный из них: зачем такой красивой девушке понадобилось так высоко взбираться?

И. Г.: Все альпинисты этого хотят, все трекеры об этом мечтают — об Эвересте. И я среди них не исключение. Наверное, я бы не ставила себе целью номер один взобраться на Эверест, если бы не узна ла, что не было ни одной украинки, покорившей эту вершину. Это меня и подстегнуло внести свое имя в историю и «Википедию».

НР: Олег, Вам не страшно было отпускать Ирину?

Олег Рясной: Нам было очень страшно, и мы очень переживали, но такое событие выпадает раз в жизни, и мы не могли позволить себе сказать «сиди работай». Мы хорошо знаем Ирину, и если она себе ставит цель, то она ее достигает. Поэтому, с одной стороны, мы очень боялись, с другой — знали, что не можем ей запретить, так как, даже если бы запретили, она все равно бы туда пошла. Так что у нас особо не было выбора. В конце концов у «Альянса» появился свой Эверест.



И. Г.: И наоборот! У Эвереста появился новый «Альянс». (Смеются.)

НР: Ира, чем Вам запомнились заправки в Непале? Там есть что перенять для наших широт?

И. Г.: Они ни на что не похожи. Это как большая свалка чего-то, где стоит канистра. Есть неплохие, но они также в очень неважном состоянии. Наверное, такая ситуация сложилась после землетрясения, и этой стране нужна глобальная помощь в развитии АЗС. Скорее не мы у них, а они могли бы перенять какие-то проекты у украинских операторов. Кроме того, на непальских АЗС очень опасно. Хоть страна и буддистская, что как бы предопределяет ее безопасность, но АЗС — это сосредоточение наркоманов, наркодилеров и т. д.

НР: Судя по вашему опыту, «Альянс Ойл Трейдинг» уже подумывает выйти в розницу? Где будете брать финансирование?

О. Р.: Мы активно изучаем этот вопрос, но так как рынок нефтепродуктов сейчас очень непредсказуем и реализация «на дне», сложно сказать, стоит ли вкладывать деньги в розницу. Мы все свои доводы представим акционерам, и уже они решат.

Если ответ будет положительным, то свои АЗС мы будем размещать в регионах, в которых есть наши нефтебазы, причем, скорее всего, будем покупать уже работающие заправки. Этот пункт стоит в планах, но уже, наверное, не в нынешнем году. Если решимся, то это будет что-то глобальное — деньги есть. Но тут имеется и политический момент — всетаки это будут инвестиции российских бизнесменов в Украину. Вопрос: можем ли купить большую сеть?

Ответ: можем.

НР: Учитывая, что украинский нефтепродуктовый ретейл является высококонкурентным, чем будете удивлять водителя: ценой или «фишками»?

И. Г.: Мне очень нравится пример UPG.

Во-первых, у них есть А-98, во-вторых, он стоит как А-95 у WOG. Успех зависит от того, как себя заявить. Это можно сравнить с рестораном, который заходит с сумасшедшими ценами, и люди боятся туда заходить, или ты просто знакомишь людей со своим меню, персоналом, сервисом и предлагаешь нормальную цену, даешь возможность клиентам привыкнуть и уже потом меняешь условия. Хочется, как в Европе, чтобы на заправке было все.

НР: Давайте сначала — компания молодая, работает всего полтора года, но многих из ее коллектива НефтеРынок знает более семи лет. Что, кроме названия, вас связывает с российским «Альянсом»?

О. Р.: Да, действительно, в прошлом году мы самостоятельно и активно вышли на рынок. Основные корни — в компании «Альянс Ойл Украина». Вся наша команда, весь костяк также бывшие сотрудники «Альянс Ойл Украина», акционерами которой до 2013 года была группа «Альянс». После продажи компании «Альянсом» перед нами встал выбор: работать с новыми акционерами или создать новую компанию. Мы приняли решение создать новую компанию и продолжить развиваться в тех направлениях, где мы себя уверенно чувствовали. Известный украинскому рынку Павел Денисултанов в компании отвечает за стратегическое развитие, а я занимаюсь коммерческой деятельностью.

Мы вышли самостоятельно в 2015 году на тендер Минобороны, честно его выиграли, а потом на нас в прессе обрушилась волна претензий в том, что мы использовали свои связи и что якобы чеченцы поставляют в Минобороны топливо. Но мы из этой ситуации красиво вышли, выполнили все свои договорные обязательства и получили очень важный для себя опыт. Мы развиваем сеть нефтебаз, за год увеличив их количество до семи. Мы покрываем почти все регионы, кроме южных. В прошлом году мы реализовали 150 тыс. т, в этом году, я думаю, сделаем 200 тыс. т. С тендерами в госструктурах пока, наверное, пауза — слишком много репутационных рисков. Вернемся к ним, когда в Украине заработает формульное ценообразование. В формулах можно захеджировать себя от курсовых колебаний и от резких скачков цены дизельного топлива на внешних рынках.



НР: Недавно вы начали предлагать ДТ в Западной Украине — новом для вас регионе. Это сезонное предложение или вы укрепились там надолго?

И. Г.: У нас долгосрочные контракты с нефтебазами. Регион для нас новый, мы всего три месяца там торгуем и тем не менее видим большой потенциал для реализации. Не зря «Укрпалетсистем» тоже туда идет на хранение.

НР: Как прокомментируете текущую ситуацию с белорусами?

О. Р.: Белорусы сделают все, чтобы не остановить поставки в Украину. Понятно, что для них это премиальный рынок. У нас есть долгосрочные контракты и с «Нафтаном», и с «Мозырем». И мы надеемся, что наши поставки резать не будут. Пару недель назад Мозырский НПЗ брал двухдневную паузу, чтобы определить позицию. «Нафтан» поставляет все без проблем. Опять же официально отказа от поставок не было, все в устной форме. В случае отказа будем рассматривать поставки из Польши и Литвы. Проблем купить ресурс нет, но цена выше, так что этот ресурс скорее пока в премиальном сегменте.

НР: Вам предлагали «трубный» дизель?

О. Р.: Мы очень активно занимаемся контрактованием ДТ из трубы. До этого мы также завозили ресурс из Волгограда, со всех заводов «Роснефти» за исключением поставок из Орска. Единственное, чем мы не занимаемся, — это морские поставки. Они имеют смысл только тогда, когда закрыта Россия и НПЗ в Беларуси стоят на ремонте. В прошлом сезоне у нас были большие объемы по Беларуси, на базе как термо-, так и спотовых контрактов. И эти объемы было выгодней везти на юг, чем перевозить танкерами. Сейчас, говорят, очень дешево завозить дизель из Туркменистана, но и тут есть много нюансов: моменты с фрахтом, с простоями. Повторюсь, танкеры мы не завозили и пока просто наблюдаем. Может, в будущем и рискнем. Кроме того, мы пока не рассматриваем морские поставки по причине большой контрабанды в южных регионах. Опять-таки это со слов игроков рынка. Как сейчас обстоят дела, не знаю, но еще месяц назад об этом гудел весь юг.



НР: Одно из модных и перспективных направлений — сжиженный газ. Многие ваши конкуренты, те, кто долгое время оптом продают бензины и ДТ, уже преуспели в продажах СУГ, не имея баз хранения, но уже обзаведясь газовозами. Когда «Альянс Ойл Трейдинг» продаст первую партию газа?

И. Г.: Давите на больное. Безусловно, мы видим тренды и проработали развитие сегмента СУГ в нашей компании. Расчеты предоставлены акционерам, уверена, вскоре начнем продажи.

НР: «Укргаздобыча» заявляет о выпуске бензинов и ДТ качества Евро-4 и вскоре даже Евро-5. Вы будете покупать украинские нефтепродукты?

О. Р.: Я бы сейчас не торопился. Объясню: у конечного потребителя порой имя завода ассоциируется с определенным качеством топлива, например «Мозырь» или «Мажейкяй» — это сегодня «железобетонные» Евро-5. А когда сегодня ему говорят «Шебелинка», возникают вопросы: что это вообще такое где-то в Харьковской области? Заводу нужен правильный маркетинг и время для восприятия информации потребителем. Если покупатели начнут спрашивать «шебелинку» на АЗС, конечно, продажи пойдут и мы будем в числе первых на торгах «Укргаздобычи».

 

 

Беседовали Иван Кудинов и Александр Сиренко

 

 

Материалы по теме