Арбитражный суд города Москвы частично удовлетворил иск компании «Роснефть» к изданию и журналистам РБК. По решению суда издание РБК (ООО «БизнесПресс»), а также журналисты Тимофей Дзядко, Максим Товкайло, Людмила Подобедова и ведущий телеканала Константин Бочкарев должны выплатить в пользу нефтяной компании «Роснефть» 390 тыс. рублей ($6160).
Суд также постановил удалить статью «Сечин попросил правительство защитить «Роснефть» от BP», ставшую предметом иска, и дать опровержение. Дополнительно суд постановил взыскать с каждого журналиста по 4,5 тыс. руб ($70).
По словам адвоката Алексея Мельникова, представляющего интересы Тимофея Дзядко, решение суда будет обжаловано.
В суде сторона истца просила взыскать с ответчиков почти в 8 тыс. раз больше — 3,179 млрд. руб. Такую сенсационную сумму адвокаты «Роснефти» объясняли тем, что размер ущерба рассчитывался исходя из стоимости репутации компании. Стоимость же активов «Роснефти», по утверждению юристов, превышают 600 млрд. руб.
Поводом для судебного процесса стала статья, опубликованная на сайте 11 апреля 2016 года под заголовком «Сечин попросил защитить «Роснефть» от BP», а также телепередача на канале РБК, в основу которой легла публикация. В статье говорилось о подготовке приватизации 19,5% акций «Роснефти», а также о том, что компания BP может собрать блокирующий пакет компаний во время приватизации.
В конце декабря сделка по приватизации действительно была проведена и высоко оценена главой государства. Покупателями стали две компании — консорциум из Glencore и катарского суверенного фонда.
После этой публикации компания подала иск в арбитражный суд к авторам статьи и изданию. За несколько месяцев, на которые растянулись судебные слушания, юристы «Роснефти» представили в суд заключение экспертов и исследования, которые, по их мнению, подтверждали сумму заявленного ущерба в 3,179 млрд руб.
На заседании суда они настаивали, что журналисты распространили порочащую и не соответствующую действительности информацию. При этом истцы отмечали, что портал РБК имеет огромную аудиторию, а телеканал вещает по всей стране и в странах СНГ и имеет представительства в других городах.
Юристы настаивали, что сумма компенсации 3,179 млрд руб. — вполне обоснованная и соразмерная по отношению к стоимости деловой репутации компании. При этом юристы ссылались на стоимость активов компании, которая, по их мнению, превышает 600 млрд. руб. «Мы просим взыскать только 0,49% от стоимости репутации», — говорили адвокаты.
В свою очередь адвокаты компании и журналистов просили отказать в удовлетворении иска. «Я не понимаю, в чем нас обвиняют? В чем заключались порочащие сведения?» — с места поднялся адвокат Евгений Резник. Он отметил, что в статье говорилось о сделке по приватизации акций компании и она прошла ровно в таком порядке, как и написали журналисты.
По словам Резника, даже в заключениях, которые представил истец, порочащими эксперты посчитали только комментарии ведущего Бочкарева, а не саму публикацию. «Но за мнения судить нельзя», — говорил адвокат. Резник настаивал, что сам имущественный вред к тому же причинен не был.
«Истец преследует цель нанести имущественный вред ответчикам», — говорил Резник. «Разорить нескольких журналистов, — подтверждали его коллеги. — А также показать всем, что про «Роснефть» писать нельзя — как о покойном: либо хорошо, либо никак».
Представители журналистов указывали, что ответчикам, например Максиму Товкайло, чтобы возместить вред, заявленный нефтяной компанией, потребуется как минимум 2,5 тыс. лет.
«Заявленный вред необоснованный и несправедливый», — подвели итоги адвокаты.
Выслушав представителей ответчика, слово снова попросили юристы «Роснефти». Юрист нефтяной компании сообщил, что у них есть еще одно письменное пояснение их позиций. Передав бумаги суду, он заявил, что успешная сделка по приватизации стала результатом их «кропотливой работы по преодолению негативного информационного фона», который создали ответчики.
«Ответчики ведут себя недобросовестно, активно освещают этот процесс на своих медиаплощадках, где утверждают, что [наши] требования необоснованны», — настаивал представитель.
«Свобода слова неабсолютна», — поддерживал его еще один представитель «Роснефти». Он настаивал, что компании после апрельской публикации пришлось объясняться с компанией BP.
В свою очередь журналисты и их адвокат заявили, что перед публикацией сделали все возможное, чтобы проверить информацию. В частности, Подобедова звонила пресс-секретарю компании «Роснефть» Михаилу Леонтьеву, но он не стал с ней разговаривать. В подтверждение этого ответчики приложили распечатку звонков с телефона журналиста.
