Благодаря децентрализации ренты, которая произошла согласно Закону Украины №1793-VIII, ранее известному как законопроект №3038, местные территориальные общины начали получать дополнительные денежные ресурсы для собственного развития. 5% ренты за добычу углеводородов, которые остаются на местах, — это более совершенная форма реализации корпоративно-социальной ответственности. Чем больше пробуренных скважин будет на территории сельсовета, тем больше денег в конечном итоге он получит. Это определенно справедливо и определенно приведет к улучшению взаимоотношений между компаниями и местным населением. Тем не менее в редакцию НефтеРынка начали поступать сигналы о рисках отхода от первоначальной идеи законопроекта и утраты столь ожидаемых финансовых бонусов за счет перекладывания части расходов с центрального бюджета на местные, что нивелирует финансовый «вау-эффект»

 

Второй месяц кряду нефтегазодобывающие компании соревнуются в написании пресс-релизов на тему перечисления миллионов гривен в рамках децентрализации ренты. И это хорошо, ведь компании наконец-то не платят в абстрактный центральный бюджет, а направляют ресурсы по конкретным сельсоветам и районам, в которых проводят операции. Если говорить точнее, то речь идет о распределении средств путем начисления 2% в областные, 2% в районные и 1% в бюджеты местного самоуправления по месту добычи соответствующих природных ресурсов. Исключение составляют бюджеты городов республиканского и областного значения и бюджеты объединенных территориальных общин, которые получат 3%.

Плата напрямую в местные бюджеты предопределит и модель диалога между компаниями и местными властями. Ранее компании 100% ренты отдавали в центральный бюджет, который в свою очередь возвращал часть денег в районы и села в форме субвенций и дотаций. Так как центральный бюджет зачастую был слеп к особым потребностям тех или иных населенных пунктов, это создавало почву для поиска местными властями дополнительных средств на финансирование тех или иных расходов: где-то дороги нет, где-то школу надо утеплить, заменить компьютеры, отремонтировать больницы и т. д. Источником финансирования были как раз добывающие компании, которые покрывали все эти расходы. Зачастую, по словам представителей компаний, деньги, которые дополнительно выделялись по запросу местных властей, просто «растворялись» и история с прошениями повторялась вновь и вновь. Но благодаря новому закону компании теперь знают конкретные цифры, которые они платят в тот или иной бюджет, а значит потенциально могут проследить их целевое использование.

К примеру, в Харьковской области за февраль этого года компании «Укргазвыдобуток» и «Пром-Энерго Продукт» заплатили в областной бюджет 532 тыс. грн, в бюджеты Нововодолажского района — 388 тыс. грн, Змиевского района — почти 17 тыс. грн, Харьковского района — почти 7 тыс. грн, Чугуевского района — 121 тыс. грн. Бюджеты сельских советов получили: Введенский — более 60 тыс. грн, Рокитнянский — 194 тыс. грн, Тимченковский — 8 тыс. грн, Яковлевский — 0,5 тыс. грн и город Мерефа — почти 3 тыс. грн.

Теперь, в случае если к директору «Укргазвыдобутка» в апреле с визитом нагрянут представители, к примеру, Нововодолажского района с просьбой о дополнительном финансировании, они сначала должны будут объяснить, куда были потрачены почти 400 тыс. грн за февраль. Это, согласитесь, совершенно другая форма диалога.

Тем не менее проблемы могут возникнуть вновь и история с «дополнительным финансированием» может повторится. Председатель Харьковского областного совета Сергей Чернов на недавнем собрании общественного совета при ГФС Харьковской области поставил под сомнение эффективность работы нового закона. Он отметил, что, несмотря на внесение изменений в законодательство, дополнительных средств, полученных от ренты, никто пока не ощутил, так как они, образно говоря, растворяются, устремляясь в общий фонд бюджета. По словам Чернова, предварительно планировалось, что средства будут зачисляться на специальные счета, и в области рассчитывали, что около 500 млн грн ежегодно будут направляться на инфраструктурные проекты, в частности ремонт дорог. Теперь же из общего фонда за счет этих денег выплачивается заработная плата, оплачиваются энергоносители. Министерство финансов в свою очередь видит, что в области появился определенный источник средств, и на полученную от источника сумму уменьшает субвенции. Поэтому данные изменения, по словам главы области, становятся профанацией.

Его слова косвенно подтверждает председатель Полтавского областного совета Александр Беленький.

«Государство хочет переложить некоторые расходы на местные бюджеты, а определенные льготы просто не финансирует. Расходы на финансирование высших учебных заведений I–II уровня хотели передать в местные бюджеты уже на 2018 финансовый год, но позицию удалось отстоять, и мы получили только четыре таких заведения. Если нам передадут все, то это расходы на сумму почти 250 млн грн. Кроме того, льготная перевозка полностью на плечах местных бюджетов», — ответил Беленький на вопрос НефтеРынка о том, действительно ли правительство уменьшает уровень субвенций (см. блиц-интервью ниже).

Если тенденция перекладывания расходов продолжится, то все практически вернутся к старой модели взаимоотношений. Чтобы этого не допустить, стоит задуматься над внесением ряда изменений в недавно принятый механизм. Форм и методов множество. Главное, чтобы местные общины почувствовали позитивные изменения благодаря тому, что на их территории добывают нефть и газ. Более того — чтобы между ними была конкуренция и чтобы флот для проведения 3D-сейсмики встречали с хлебом и солью, а не пресловутыми «донецкими мамочками», бросающимися под колеса техники, нанятой Shell. Ведь уже сейчас, после принятия нового механизма, местные советы становятся реальными союзниками компаний в решении разного рода проблем.

Ярким примером служит история с «Укрнафтой». В конце прошлой недели на сессиях Долинского, Рожнятовского и Богородчанского районных советов, а также Надворнянского городского совета и Делятинской объединенной территориальной общины рассмотрели вопрос «Об обращении относительно противоправных действий Государственной службы геологии и недр Украины в отношении ПАО “Укрнафта”». На землях этих общин расположены месторождения НГДУ «Надвирнанафтогаз» и НГДУ «Долинанафтогаз». Местные депутаты обратились к премьер-министру Владимиру Гройсману, министру экологии Остапу Семераку, председателю НАБУ Артему Сытнику с заявлением о продлении действия специальных разрешений ПАО «Укрнафта» на пользование нефтегазоносными недрами на территории Ивано-Франковской области. Депутаты понимают, что в 2018 году при условии бесперебойной работы месторождений в местные бюджеты Прикарпатья от ПАО «Укрнафта» поступит, по предварительным подсчетам, 65,4 млн грн. Поэтому с целью обеспечения налоговых поступлений в бюджеты всех уровней они будут незамедлительно реагировать на задержку выдачи специальных разрешений или другие противоправные действия со стороны органов центральной власти. Правила изменились, теперь народ — главный союзник нефтегазовой отрасли.

 

Блиц-интервью с главой Полтавского областного совета Александром Беленьким

НефтеРынок: Как Вы оцениваете выполнение законопроекта №3038? Какой эффект он имел для финансового баланса области и местных общин?

Александр Беленький: На сегодня в местные бюджеты Полтавской области от ренты за добычу нефти и газа уже поступило 160 млн грн, в том числе 65 млн грн получил бюджет области. Средства эти поступили как дополнительный ресурс и в межбюджетных трансфертах не учитываются. То есть дотации из государственного бюджета не должны уменьшаться на эту сумму. Является ли это позитивом? Безусловно!

Всего ожидается, что поступления в областной и местные бюджеты от ренты в результате принятия закона в десятки раз превысят объем средств, которые местные общины получали в рамках так называемых социальных соглашений. Но хочу обратить внимание, что закон лишь недавно вступил в действие. Поэтому дать точную оценку мы сможем только в конце года.

НР: Улучшились ли отношения между нефтегазодобывающими компаниями и областной и местной властью?

А. Б.: Отношения с большинством добывающих компаний у нас были и есть вполне рабочие. Одно исключение — «Укргаздобыча», крупная компания, которая системно нарушает экологические нормы и, к сожалению, не готова к конструктивному диалогу. Сейчас уже очевидно, что и ущерб, наносимый экосистеме в результате деятельности компании, поступлениями от ренты не перекрывается.

НР: Есть ли риск нивелирования положительного влияния закона за счет перекладывания расходов с центрального на местные бюджеты?

А. Б.: Риски, безусловно, есть. Один из примеров — попытка передать высшие учебные заведения I–II уровня аккредитации на содержание местным бюджетам. Субвенции на медицину и образование частично перекрывают потребности. Можно вспомнить также и о льготном проезде для различных категорий граждан: он прописан в действующем законодательстве, но де-факто центральным бюджетом не финансируется и полностью переведен на местные бюджеты.

НР: Возросла ли после принятия закона заинтересованность территориальных общин в работе нефтегазодобывающих компаний на ее землях?

А. Б.: Пока об этом говорить рано. Речь ведь идет не только о развитии отрасли. Добывающие компании наносят системный вред окружающей среде. И насколько этот вред перекрывается дополнительными поступлениями от ренты, общины смогут оценить где-то в конце года.