В конце ноября Федеральная антимонопольная служба России начала процесс согласования с нефтяными компаниями формулы расчета цен на топливо внутри страны. В отличие от индикативной стоимость топлива на АЗС, разрабатываемой экспертно-аналитической группой при украинском Кабмине, россияне взялись определять оптовую цену нефтепродуктов. Так, для каждого вида нефтепродуктов в России будет выбран так называемый маркерный НПЗ. Для него будет произведен расчет цены экспорта (netback), отталкиваться будут от одного из центров международной торговли, скорее всего от Роттердама. Значения, подставляемые в формулу, будут взяты из мониторингов агентства Platts или «Аргус». В итоге цена, переведенная в рубли, с учетом пошлин и налогов станет базисной для всех нефтеперерабатывающих заводов с минимальным отклонением (1‑2%).



Формула или европейская цена?

Попытки ФАС загнать нефтяные компании в ценовый коридор уже вызвали их негодование. Это и понятно, ведь формула в ее нынешнем виде означает, что существующие цены завышены на 10–15%. Так, абсурдом такую формулу называют в «Лукойле». Напомним, именно эта компания в феврале текущего года получила от антимонопольщиков максимальный штраф за нарушение закона о конкуренции. Вместо формулы ФАС в компании Вагита Алекперова предлагают прямое использование средних мировых котировок, то есть без учета логистических затрат, скидки на качество и стоимость нефти и полученного из нее топлива и др. Как справедливо считают в «Лукойле», методика ФАС не позволяет оценить такие факторы, как удаленность российских НПЗ от рынков сбыта, технологическую оснащенность заводов, экономическую эффективность производства, размер партий на локальных рынках в сравнении с мировыми, сезонные колебания спроса и предложения, инерционность внутреннего рынка относительно мирового. Наряду с прямым применением котировок в «Лукойле» предлагают ввести достаточно широкий диапазон отклонений от них на внутреннем рынке.



Казалось бы, и нефтяники, и ФАС говорят об одном и том же — необходимости учитывать специфику внутреннего рынка. Только вот чиновники хотят сделать это с помощью детально прописанной формулы, а бизнес — что не удивительно — с помощью «широких диапазонов» и «руки рынка». Вот только механизм прямого использования котировок Platts уже опробован в Украине. Вследствие этого формула расчета индикативных цен на нефтепродукты как механизм госрегулирования себя полностью изжила. Дошло до того, что Минтопэнерго летом и вовсе перестало публиковать ценовой коридор, чтобы не провоцировать нападки аналитиков. На прошлой неделе, как сообщают информированные источники, формула давала возможность торговать «пятым» бензином по 7,6 грн/л, тогда как реальная его стоимость составляла 7,1–7,2 грн/л. Эта разница говорит об одном: методика не учитывает специфики внутреннего рынка и прежде всего ценообразования на топливо украинского производства.



Сила и слабость регулятора

Примечательно, что инициатором «формульного подхода» в России стала именно антимонопольная служба. Тогда как в Украине все ценообразовательные инициативы исходят от квазигосударственной экспертно-аналитической группы, политику которой определяют нефтяные компании и лоббисты. Вместо того чтобы искать изъяны в работе американского агентства Platts, чем сейчас занимает украинский АМК, службе стоило бы начать расследование деятельности ЭАГ, а также взять на себя роль главного генератора идея в отношении справедливого ценообразования на такой базисный для страны товар, как нефтепродукты.



Но роль и значение ФАС в жизни российских нефтяников гораздо выше роли АМКУ в жизни их украинских коллег. Прислушиваться к ФАС нефтяники стали только после того, как чисто теоретические штрафы от оборота стали реальностью для крупнейших российских ВИНК. Ведь $200–250 млн штрафов трудно назвать номинальным выговором даже таким крупным структурам, как «Лукойл» и «Газпром нефть». Именно штрафы заставили нефтяников начать диалог и по поводу формулы, и по поводу биржевой торговли нефтью, чему ранее они отчаянно сопротивлялись.



В АМКУ могут сколь угодно долго оправдываться недостатком полномочий (комитет хочет получить статус правоохранительного органа), но до тех пор, пока регулятор сам не продемонстрирует свою способность наказывать нарушителей, веры в искренность желаний чиновников не будет. По определению именно АМКУ, а не Минтопэнерго, должен нести основную функцию по регулированию рынка, сегодня же комитет действует в фарватере профильного министерства, не проявляя никакой самостоятельности.



А ведь саму идею госрегулирования, а точнее систематизации процесса ценообразования на топливо, в России подают очень правильно. Мол, от этого зависит конкурентоспособность экономики (объем авто- и авиаперевозок, удельный вес логистики в стоимости экспортных товаров и т. п.). Она же прямо влияет на инфляцию в стране, поскольку стоимость топлива — неотъемлемая составляющая цены большинства товаров. У нас же борьба со спекулятивными ценами — это не системная работа, направленная на повышение конкурентоспособности экономики, а популистский шаг или же реакция на запросы избирателей под выборы.



Будущее за биржей

Как заявляют в ФАС, предлагаемое формальное ценообразование — лишь первый шаг в процессе поиска справедливых индикаторов для внутреннего рынка. В дальнейшем формула будет привязана к биржевым ценам. Но для этого еще предстоит усовершенствовать механизмы биржевой торговли нефтепродуктами. Сам по себе диалог о биржевой торговле в РФ — позитивный сигнал. Например, в Украине о том, чтобы торговать нефтепродуктами, всерьез даже не задумывались. Здесь власти пока не могут наладить цивилизованную биржевую торговлю нефтью и сжиженным газом, не говоря уже о бензинах и ДТ.



В России через биржи продается пока лишь 1% всего объема нефтепродуктов. Развитие биржевой торговли у наших соседей движется в двух направлениях. Первое предполагает увеличение реальной торговли (с обязательной поставкой) через электронные площадки. Такие поставки предполагают наличие развитой системы нефтепродуктопроводов, которая есть в России и была в Украине. Второе и, как предполагается, главное — это развитие фьючерсной торговли нефтепродуктами с помощью производных финансовых инструментов. Для этого необходимо усовершенствовать системы клиринга, привлечь на биржу значительное число продавцов и покупателей, а также независимых игроков — спекулянтов. Только после этого биржа сможет выполнять главную возложенную на нее государством задачу — формировать общепризнанные ценовые индикаторы.



Украине только предстоит осмыслить необходимость установления четких ценовых индикаторов, которые были бы быть максимально приближенными к реальным, будь то формула, биржа или то и другое вместе. В противном случае мы будем обречены до хрипоты спорить об объективности котировок Platts и возможности их применения в реалиях украинского нефтерынка.
Материалы по теме